Углубленный в эти мысли, я совсем забыл обо всех предшествовавшихсобытиях и вдруг подумал: "Как я сюда попал?..
— Сост. 2 изучала минералы, травы, животных — Сост. М...
r>hotel, some of whom had met and conversed with the Mexican Seer, were constantly telling us strange stories of his doings--he had disclosed to one the present whereabouts of a runaw..
Цыплунов. Да, да, может быть... это все может быть. Но, я пойду... мне нужно рассеяться... я пойду поброжу... я один... (Уходит.)
Цыплунова. Как это некстати! Зимой Юша был болен и много работал; я думала, что он отдохнет и поправится на даче; а теперь эта встреча, эта страсть! Что она может доставить ему, кроме страдания! У кого бы узнать про Белесову? А вот, кажется, бежит Пирамидалов; он кругом Москвы все дачи и всех дачников знает, да и в Москве-то от него ничто не скроется.
Входит Пирамидалов. Бедонегова показывается на террасе.
ЯВЛЕНИЕ ПЯТОЕ
Цыплунова, Пирамидалов, Бедонегова.
Бедонегова. Виталий Петрович! Виталий Петрович!
Пирамидалов (отирая пот). Вот устал, так уж устал.
Бедонегова. Зашли бы закусить чего-нибудь, мадерцы...
Пирамидалов. Некогда, Антонина Власьевна, некогда. Здравствуйте, Анна Афанасьевна! А я вас искал, к вам на дачу бегал.
Бедонегова. Ну что, право, не зайдете! Зовешь, зовешь, не дозовешься.
Пирамидалов. Как все дела кончу, так непременно зайду.
Бедонегова. Ну, хорошо. Смотрите же, я ждать буду. Я ведь со всем расположением... (Уходит.)
Пирамидалов (Цыплуновой). Анна Афанасьевна, я к вам по поручению от генерала Гневышова, от Всеволода Вячеславича.
Цыплунова. Я, Виталий Петрович, не имею счастия знать никакого генерала Гневышова.
Пирамидалов. Это все равно. Он слышал об вас и знает вашего сына.
Цыплунова. Ну, так что же?
Пирамидалов. Он просил меня предупредить вас, что желает с вами познакомиться.
Цыплунова. Да что за церемонии! И зачем я ему? Мы с сыном люди скромные и знакомств не только не ищем, а даже бегаем от них. Так вы и скажите вашему генералу.
Пирамидалов. Да позвольте! Вы, Анна Афанасьевна, выслушайте сначала! Родственница Всеволода Вячеславича, девушка хорошей фамилии, переехала сюда на дачу, так их превосходительство желают...
Цыплунова. Что мне за дело до того, чего они желают.
Пирамидалов. Желают иметь общество для своей родственницы, компанию.
Цыплунова. Что вы, что вы, Виталий Петрович! Вы, кажется, меня в компаньонки приглашаете?
... Его собеседник, мистер Шелби, производил впечатление истинного джентльмена, а убранство и весь тон дома свидетельствовали о том, что хозяева его не только не стесняются в средствах, но живут на широкую ногу. Как мы уже упомянули, мужчины, сидевшие за столом, были заняты серьезным разговором. - Мне бы хотелось уладить наше дело именно так, - сказал мистер Шелби. - Нет, я вижу, мы с вами никогда не сторгуемся! Не могу, мистер Шелби, решительно не могу, - сказал его гость, поднимая рюмку с коньяком на свет. - Позвольте, Гейли! Том стоит таких денег. Это незаурядный негр: надежный, честный, смышленый. Под его присмотром хозяйство у меня идет как часы. - Честный, да честность-то негритянская! - усмехнулся Гейли, подливая себе коньяку. - Нет! Честный без всяких оговорок. Том добрый, разумный, набожный негр. Он был принят в лоно церкви четыре года назад, и с тех пор я доверяю ему все: деньги, дом, лошадей. Он у меня повсюду разъезжает один, и мне еще никогда не приходилось сомневаться в его порядочности и преданности. - Многие толкуют, будто набожных негров вовсе не бывает на свете, а на мой взгляд, это неверно, - сказал Гейли в припадке откровенности и широко повел рукой. - В последней партии, которую я отвез в Орлеан нынешний год, был один негр. Вот гимны* распевал - просто заслушаешься! Как на молитвенном собрании! И такой покладистый, тихий... Я на нем неплохо заработал. Купил его по дешевке у одного человека, которому волей-неволей пришлось спускать все свое добро, и чистой прибыли у меня оказалось шестьсот долларов. Да что и говорить! Набожность, если только это настоящий товар, - вещь ценная в негре. ______________ * Гимн - здесь: церковное песнопение.
- Можете быть уверены, что у Тома это настоящий товар, - сказал мистер Шелби. - Да вот, посудите сами: прошлой осенью я послал его в Цинциннати по одному делу. Он должен был доставить мне оттуда пятьсот долларов. Говорю ему: "Том! Доверяю тебе, как христианину. Я знаю, что ты не обманешь своего хозяина". И он вернулся домой, в чем я ни минуты не сомневался. Нашлись низкие люди, которые подговаривали его: "Том, бежал бы ты в Канаду!" - "Нет, не могу, - ответил Том, - хозяин мне верит"...
