«Свои собаки грызутся, чужая не приставай»

   Картины московской жизни
   КАРТИНА ПЕРВАЯ
   
   ЛИЦА:
   
   Павла Петровна Бальзаминова, вдова.
   Михайло Дмитрич Бальзаминов, сын ее.
   Акулина Гавриловна Красавина, сваха.
   Матрена, кухарка.
   Павлин Иваныч Устрашимов, сослуживец Бальзаминова. Брюнет, большого роста, лицом мрачен и рябоват.

    Бедная комната у Бальзаминовых.
   ЯВЛЕНИЕ ПЕРВОЕ
   Бальзаминова (одна, сидит с чулком в руках). У Миши, должно быть, опять какие-нибудь планы в голове. Прибежит из присутствия, пообедает наскоро, да и был таков, и пропал на целый день. Где-то он, бедный, бродит? Должно быть, далеко-далеко куда-нибудь ходит! Придет всегда такой измученный, усталый, и лица-то на нем нет, и не ест ничего, только все вздыхает. Надо полагать, он в Рогожскую бегает; а пожалуй что и в Лефортово! Все разбогатеть-то ему, бедному, хочется. Ну, да это ничего, пускай бегает; это еще здорово, говорят. Теперь время летнее, дел у него никаких нет особенных; все-таки лучше: пусть на воздухе бегает, чем в комнате-то сидеть; да еще и польза может произойти. Только я все что-то боюсь за него; все как-то мне не верится, чтобы он уж очень богатую-то невесту себе нашел. А уж сколько у него к этому делу старания! Даже удивительно это видеть. По его-то старанию ему бы уж давно надо миллионщицу приспособить. Должно быть, счастья нет! Без счастья, сколько уж ни старайся, ничего не выходишь. Говорят, и грибы искать — счастье нужно; а уж невест-то и подавно. Вот был же случай у Ничкиных; а из-за чего разошлись? Так, из пустяков. Нужно же было этому облому приехать! И как на грех его принесло в такое время! Кабы не он, жили бы мы теперь, как сыр в масле катались. Есть же такие злые люди на свете! Ну, что ему нужно было? Себе он пользы никакой не сделал, только Мишу моего обидел.

    Матрена входит с письмом.
   ЯВЛЕНИЕ ВТОРОЕ

    Бальзаминова и Матрена.

   Матрена. Письмо вот принесли. (Подает.)
   Бальзаминова. Кто принес?
   Матрена. Должно, что почтальон, одет так, по-военному. Говорит: городская почта.
   Бальзаминова. От кого бы это? Я уж и не знаю.
   Матрена. И я не знаю. Да вот что: вы мне дайте письмо-то.
   Бальзаминова. Зачем тебе?
   Матрена. Я догоню солдата-то да назад ему отдам.
   Бальзаминова. Что ты! как можно назад, когда оно к Мише писано.
   Матрена. Должно быть, солдат-то по ошибке занес; часто бывает, что в другой дом заносят.
   Бальзаминова.