Да, надо ходить сюда и смотреть, как чаша глотает воды ливня, не успевающие звонко упасть на мощеное патио. Глотает, и все, словно ждала их, жадно разинув рот...
Я лежу в кибитке. Звон почтового колокольчика, наскучив моим ушам, призвал наконец благодетельного Морфея {Мор..
Поплетешься туда на следующее лето — взгля- нуть, живы ли, мол, в том леску мои грустные думы, которые я поселил в нем в прошлом году,— смотришь, а уж ..
«Не все коту масленица», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«Поздняя любовь», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«Снегурочка», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«Трудовой хлеб», закладка на странице 10 (прочитано 22%)
«Богатые невесты», закладка на странице 10 (прочитано 22%)
«Волки и овцы», закладка на странице 10 (прочитано 12%)
«Правда - хорошо, а счастье лучше», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«Последняя жертва», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«Бесприданница», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«Невольницы», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«Таланты и поклонники», закладка на странице 10 (прочитано 16%)
«Без вины виноватые», закладка на странице 10 (прочитано 20%)
«Вильям Шекспир. Усмирение своенравной», закладка на странице 10 (прочитано 12%)
«Паоло Джаккометти. Семья преступника», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«Карло Гольдони. Кофейная», закладка на странице 10 (прочитано 20%)
«Мигуэль Сервантес Сааведра. Интермедии», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«Неожиданный случай», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«Семейная картина», закладка на странице 10 (прочитано 60%)
«Утро молодого человека», закладка на странице 10 (прочитано 82%)
«Бедная невеста», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«Не в свои сани не садись», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«Не так живи, как хочется», закладка на странице 10 (прочитано 33%)
«В чужом пиру похмелье», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«Праздничный сон — до обеда», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«Воспитанница», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«Старый друг лучше новых двух», закладка на странице 10 (прочитано 26%)
«Свои собаки грызутся, чужая не приставай», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
Островский Александр Николаевич
Картины московской жизни
КАРТИНА ПЕРВАЯ
ЛИЦА:
Павла Петровна Бальзаминова, вдова.
Михайло Дмитрия Бальзаминов, сын ее.
Акулина Гавриловна Красавина, сваха.
Матрена, кухарка.
Лукьян Лукьяныч Чебаков, офицер в отставке. Очень приличный господин средних лет, с усами, лысоват, сюртук застегнут на все пуговицы. Выражение лица насмешливо.
Бедная комната у Бальзаминовых.
ЯВЛЕНИЕ ПЕРВОЕ
Бальзаминова (пьет чай) и Матрена (стоит у двери).
Бальзаминова. Хорошо теперь, Матрена, чайку-то, после бани-то!
Матрена. Уж это на что лучше! По всем жилкам, по всем суставам пройдет.
Бальзаминова. А где же Миша? Что-то не видать его.
Матрена. Спит, умаялся.
Бальзаминова. Ну, пускай спит.
Матрена. Что ж! пущай спит. Никакие важных дел за ним нет; остановки не будет. А я соследила, куда он ходит.
Бальзаминова. Куда же?
Матрена. Тут близехонько. Только он не прямо ходит, а круг большой делает, чтобы соседям виду не показать. Таково далеко уйдет, да потом и воротится переулками: глаза отводит.
Бальзаминова. Да будет ли толк-то какой-нибудь?
Матрена. Кто ж его знает? Уж это его дело. Надо полагать, что и тут ничего себе не выиграет.
Бальзаминова. Отчего же ты так, Матрена, думаешь ?
Матрена. Мало виду из себя имеет, польститься-то не на что! Ну и чином еще не вышел.
Бальзаминова (встает). Пей, Матрена, чай-то! А я пойду посмотрю, Миша не проснулся ли. (Уходит.)
Матрена садится к столу и пьет. Бальзаминова возвращается.
Матрена встает.
Сиди!
Матрена садится, только оборотившись к Бальзаминовой задом.
Спит еще. (Садится.) А как их по фамилии-то, где он ходит?
Матрена (оборотив голову). Пеженовых.
Бальзаминова. Кто ж они такие?
Матрена. Сами по себе.
Бальзаминова. Как же таки сами по себе?
Матрена. По своей части.
Бальзаминова. Экая ты бестолковая. Что же они, служащие или купцы?
Матрена. Должно, торгуют.
Бальзаминова. Кто ж у них из женского-то полу?
Матрена.
... Of course, Sir Charles didn't believe a word of it; but his curiosity was roused; he wished to see and judge for himself of the wonderful thought-reader.
"What would be his terms, do you think, for a private seance" he asked of Madame Picardet, the lady to whom the Seer had successfully predicted the winning numbers.
"He does not work for money," Madame Picardet answered, "but for the good of humanity. I'm sure he would gladly come and exhibit for nothing his miraculous faculties."
"Nonsense!" Sir Charles answered. "The man must live. I'd pay him five guineas, though, to see him alone. What hotel is he stopping at?"
"The Cosmopolitan, I think," the lady answered. "Oh no; I remember now, the Westminster."
Sir Charles turned to me quietly. "Look here, Seymour," he whispered. "Go round to this fellow's place immediately after dinner, and offer him five pounds to give a private seance at once in my rooms without mentioning who I am to him; keep the name quite quiet. Bring him back with you, too, and come straight upstairs with him, so that there may be no collusion. We'll see just how much the fellow can tell us."
I went, as directed. I found the Seer a very remarkable and interesting person. He stood about Sir Charles's own height, but was slimmer and straighter, with an aquiline nose, strangely piercing eyes, very large, black pupils, and a finely-chiselled, close-shaven face like the bust of Antinous in our hall in Mayfair. What gave him his most characteristic touch, however, was his odd head of hair, curly and wavy like Paderewski's, standing out in a halo round his high white forehead and his delicate profile...
